В нашей церкви служение поклонения Богу совершают четыре музыкальные группы:


Молодежная группа «SHELE CHURCH»

Группа "Руах"

Группа "Размер Неба"


Поклонение - это есть выражение любви Богу!

В нашей церкви мы пытаемся выражать ее по разному и в том числе через музыку. Мы стараемся прославлять Иисуса не зацикливаясь на условностях стиля музыки, но и не забываем о том, что в церкви люди разных возрастов. Мы уверены, что любая возрастная категория наших прихожан, найдут свой стиль прославления и поклонения, чтобы сердце каждого верующего, прославляло и поклонялось Ему!

О поклоненнии Богу хорошо сказал К.С. Льюис:

"Начнем с предметов неодушевленных. Что мы хотим сказать, когда говорим, что "картина заслуживает восхищения"? Не то, что ею восхищаются, — сотнями плохих картин восхищается масса народу. Не то, что она заслужила восхищение, работала, старалась и заслужила. Мы хотим сказать, что восхищение правильная, адекватная реакция на нее, и если мы так не реагируем, мы глупы и слепы, более того — нам же хуже, мы много теряем. То же самое можно сказать и о красотах природы.

Отсюда я и шел, хотя некоторые сочтут  это кощунством,  пока  не  понял того, что нужно.  Хвалить (или, если хотите, ценить) Бога — значит бодрствовать, войти в мир яви;  не ценить Его — лишиться великой  радости, а  в конце  концов и всего вообще. Ублюдочная и убогая жизнь тех, кто  не воспринимает музыки, или  никогда  не был влюблен, или  ни  с кем не дружил, или не любит читать, или  не радуется утренней прохладе, или, как я, не  интересуется спортом, — более чем слабые подобия такого состояния.

Но это не все.  Бог не только заслуживает восхищения и хвалы,  Он велит нам  хвалить Его. Я этого не  понимал, пока не понял того, ...(что)... когда мы служим Богу, Он открывается нам. Не все, не всегда, но очень многие   "красоту   Господню"  видят   в   храме.  Даже   в   иудаизме  суть жертвоприношения была не в том, что люди давали Богу тельцов  и агнцев, но в том,  что Сам Он давал Себя людям, когда они это делали; в нашей же литургии это  гораздо явственней, просто физически ощутимо. Жалкую мысль  о  том, что Богу  в каком-то  смысле  нужно наше  поклонение, как  суетной женщине нужны комплименты или тщеславному писателю --  рецензия, опровергают слова:  "Если бы Я взалкал, то  не  сказал бы  тебе" (49:12). Даже если предположить,  что есть  такое нелепое  существо, оно вряд  ли  обратилось  бы к нам, низшим из своих разумных тварей.  Я не  жду от моего пса  похвал моей  книге, и не  от всякого человека мне приятна похвала.

Но главного я еще не понимал. Я  мыслил хвалу как похвалу, одобрение, которое кто-то  кому-то  выражает. Мне не  приходило  в голову, что всякая радость сама собой переходит в  хвалу,  если  не  сдержишь ее  из робости и деликатности.  Мир  только и делает,  что  хвалит и славит: влюбленные восхваляют  возлюбленных,  читатели --любимые  книги, спортсмены — свой спорт; словом, все кому не лень расписывают погоду, пейзажи, вина,  блюда, актеров, машины, лошадей, приятелей, детей, цветы, страны,  колледжи, горы, марки, насекомых, даже политиков  и  ученых. Я не  раз замечал, что особенно часто и  много хвалят самые смиренные,  здоровые и  умные люди, а ущербные и глупые  хвалят  редко  и  мало.  Хороший   критик  найдет  что  похвалить  в несовершенной книге;  плохой вычеркивает из литературы одну книгу за другой. 

Здоровый и доброжелательный человек  найдет, за что похвалить самую скромную еду,  даже  если он  привык к очень  изысканной; больной  или  сноб  найдет недостатки в любом угощении. Если вычесть чрезвычайные обстоятельства, можно сказать, что хвала — словесное выражение  душевного здоровья. Совершенно не важно, умелая она или нет; многие любовные стихи так же  ужасны, как гимны. Еще я замечал, что, когда мы хвалим, мы  вечно  просим к нам присоединиться: "А? Правда? Нет, правда?" Когда  псалмопевец просит всех хвалить Господа, он делает ровно то же самое, что делает человек, говорящий  о предмете  своей любви.

Должно быть, мы так хвалим то, что  нас радует, потому что хвала не только выражает, но и дополняет нашу радость, доводит ее до полноты. Не ради лести  влюбленные повторяют  друг другу, как они красивы, — радость их неполна, если они этого не  скажут. Когда откроешь нового писателя, непременно надо  рассказать, как он  талантлив; когда внезапно  увидишь прекрасную долину, просто невозможно молчать; когда услышишь хорошую шутку, нужно ею поделиться. Конечно, словами всего не передашь. Вот если бы написать прекрасные стихи, или дивную музыку, или картину, наша радость была бы еще полнее. А если бы смертный человек  мог  достойно  восхвалить самое высокое на свете, душа его достигла бы высшего блаженства.